Педагогический альманах ==День за Днем==
 
написать письмо

    Главная

    Новости

    Методика

    За страницами учебников 

    Библиотека

    Медиаресурсы 

    Школьная библиотека

    Подготовка к ЕГЭ, ГИА

    Одаренные дети

    Проекты

    Мир русской усадьбы

    Экология  

    Методический портфолио учителя

    Встречи в учительской

    Творчество педагогов

    Статьи педагогов в журнале "Новый ИМиДЖ"

    Конкурсы профессионального мастерства педагогов

    Творческие страницы

    Рефераты школьников

    Конкурсы школьников

    Альманах детского творчества "Утро"

    Творчество школьников

    Фотогалерея 

    Школа фотомастерства

    Доска объявлений

    Полезные ссылки

    Гостевая книга
    Sort

    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

      День за днем : Статьи 

      Статьи  


     
     
    Б.А. Ланин (Москва)
    доктор филологических наук, профессор, заведующий лабораторией дидактики литературы 
    ИСМО РАО, главный научный сотрудник
     
     
    Захар Прилепин — Джон Уэйн современной литературы

    Ключевые слова: типология автора и героя, современный литературный процесс.
     
     
     
     
    Джон Уэйн (1907 - 1979) - американский актёр, которого называли «королём вестерна». Лауреат премий «Оскар» и «Золотой глобус» (1970).    Снимаясь ежегодно примерно в пяти фильмах, он был едва ли не самым востребованным голливудским актёром эпохи звукового кино.    В 1939 году Уэйн исполнил самую яркую свою роль — в масштабном вестерне «Дилижанс», который с успехом был показан и в советских кинотеатрах.    Для американцев тридцатых годов Уэйн был воплощением мужественности и индивидуализма.    Особый успех сопутствовал актёру в «боевиках» с драками и погонями, зачастую весьма малобюджетных.    (Из Википедии)
     
    Захар Прилепин (настоящее имя — Евгений Николаевич Прилепин; род. 1975) — российский писатель, филолог, журналист, политик, бизнесмен, актёр, музыкант.   Член Национал-большевистской партии с 1996 года.   Работал разнорабочим, охранником, служил командиром отделения в ОМОНе, принимал участие в боевых действиях в Чечне в 1996 и 1999 годах.    В 1999 году, ввиду финансовых затруднений, оставляет службу в ОМОНе и устраивается на работу журналистом в нижегородскую газету «Дело».    Автор романов «Патологии» (2004), «Санькя» (2006), «Грех» (2007) и др.    (Из Википедии)
     
    Джон Уейн
     
    Захар Прилепин
     
     
     
    У Захара Прилепина фантастическая карьера, совсем не русская, а вполне себе американская. Чего только не было в его жизни! Пожалуй, лишь Александра Ивановича Куприна он так и не сумел обогнать по крутости жизненных поворотов. Нижегородский журналист, боец российского спецназа, воевавший в Чечне, литературный критик, самостоятельный издатель, наконец, автор литературоведческих работ и один из самых заметных современных русских писателей — действительно, много ролей уже пришлось сыграть Прилепину в жизни. Даже «Захар Прилепин» — и то своего рода роль: по паспорту он — Евгений. Захар — маскулинный псевдоним, на иврите это слово означает «мужчина».

    Дебют Прилепина состоялся в 2003 году. Это была книга «Патологии» — натуралистичный и жестокий рассказ российского солдата Егора Ташевского о службе в Чечне.   Несчастливая любовь толкает его в самое пекло российской жизни рубежа веков. Он пытается проявить свою доброту к людям. Конечно, добр он только к друзьям — герой Прилепина не толстовец и не отстраненный от суровой жизни проповедник христианства, любви к врагам он никогда не будет испытывать. Однако герой пролетает по грозовому небу Чечни светлым облачком, бесформенным и почти невидимым. Его невозможно запомнить, у него нет ни психологии, ни портрета, ни какой-либо четкой жизненной стратегии. Он живет одними лишь воспоминаниями, да и то не о событиях или своих поступках, а о теле любимой девушки и об ее изменах.

    Критик влиятельного журнала TimeOut Наталья Курчатова пишет: «Лирический герой "Патологий" — позитивный романтик, благословляющий зверей, детей и женщин, носитель какой-то судорожно-нежной жизненной силы. И если на войне он погружен в холодное безумие ультрарациональной звериной логики, то с женщиной вязнет в стихии прямо противоположной — темной, лукавой и изменчивой» (1). С термином «лирический герой» согласиться трудно: перед нами не лирическое произведение, а типичная проза в духе натуральной школы, отягощенная визуальным насилием, пришедшим из жанра массовых боевиков.
    В обзоре новой военной прозы Валерия Пустовая, одна из наиболее проницательных критиков новой волны, очень точно и доказательно выявила особенности романа «Патологии» (2):
    • композиционная завершенность и безупречность отбора всех двенадцати эпизодов романа;
    • вода как метафора смерти, дождь — дурное предзнаменование, вестник смерти;
    • субъективность описаний, а также реализация метафор, фантазий и иносказаний — «Когда тебе жутко и в то же время уже ясно, что тебя миновало, — чувствуется, как по телу <...> пробегает, касаясь тебя босыми ногами, ангел, и стопы его нежны, но холодны от страха. Ангел пробежал по мне и, ударившись в потолок, исчез. Посыпалась то ли известка, то ли пух его белый».
    Прилепину по-настоящему удался один роман — «Санькя». С этим романом он войдет в историю русской литературы и русского нонконформизма. В романе есть великолепный герой — искренний, яростный, напряженный, как нерв.
    В стилистическом отношении он уже отличался от «Патологии». Ничего не держит в этой жизни Сашу — «Санькю», главного героя романа, юного боевика националистической партии. Борьба захватила его целиком, она — смысл его жизни. Даже интимная связь с Яной, любовницей лидера партии Костенко, не может заставить его сменить приоритеты. Жить для него — значит бороться с этой властью. Власть тоже прекрасно это понимает: его избивают, пытают, но никак не удается сломать Санькю, сбить его с выбранного пути. Борьба и разрушение — в этом призвание главного героя:
    «Выше по улице стояло еще несколько машин — и вскоре на их крышах, с дикой, почти животной, но молчаливой радостью прыгали парни и девчонки. Ища, что бы такое сломать, — причем сломать громко, с хрястом, вдрызг, — двигались по улице, впервые наедине, один на один с городом. Ребята делали свое дело без крика, злобно и почти спокойно.
    С жутким железным лязгом упало на асфальт несколько уличных игральных автоматов. Кто-то изловчился расшатать и выломать оградку летнего кафе — с оградки сняли красивые черные цепи, оградка полетела в ярко раскрашенные окна заведения.
    Кто-то порезался и намотал на располосованную руку кусок атласной шторы, извлеченной из кафе.
    Костя Соловый, высокий, странной красоты, удивительный тип — в белом пиджаке, в белых брюках, в белых остроносых ботинках, которые удивительно шли к его заостренным ушам вампира, — схватил черную цепь и, ловко размахивая ею, обивал все встреченные фонари. К нему не подходили близко — цепь делала красивые, тяжелые круги, и если бы не дурной грохот вокруг, можно было бы слышать создаваемое цепью при круговом движении тихое подвывание.
    За витриной магазина одежды стояли тонкорукие, с маленькими головами манекены — изображающие красавиц в коротких юбках и ярких кофточках. Расколотив витрину, красавиц извлекли и порвали на части. Бежавшие последними не без испуга натыкались на валяющиеся на асфальте изуродованные, безногие или безголовые тела».
    Под стать герою и стиль романа — нервный, прерывистый, с односоставными предложениями, в которых не хватает то подлежащего, то сказуемого. Кажется, что перед нами не написанный текст, а записанная речь запыхавшегося, убегавшего человека — сбивчивая, обрывистая, с перепрыгивающими друг через друга глаголами.
    Критик Лев Данилкин даже предположил: «Похоже, для Прилепина борьба с «гладкописью» — момент, существенный сам по себе; для него важно все время насиловать язык, держать градус, вышибать из текста «литературность», которая, не исключено, воспринимается им как своего рода стилистический аналог социальной чуждости, буржуазности» (3).
    За роман «Санькя» Прилепин был удостоен премий «Русский Букер» и «Национальный бестселлер» в 2006 году.

    Его последующие книги «Грех» (2007, получила премию «Супернац-бест» как лучшая проза последнего десятилетия, $ 100 000) и «Ботинки, полные горячей водкой: пацанские рассказы» (2008) — созданы по инерции первых двух романов и в творческом отношении ничего нового не представляют собой.

    Прилепин гордится своим жизненным опытом. Он любит что-то делать руками: драться, стрелять, убивать, писать романы и рассказы. Ему очень хочется стать русским Хемингуэем: сказать «прощай» своему оружию, ощутить драйв от корриды, говорить мало, короткими фразами, уводя весь смысл в подтекст. Но так не получилось. Хемингуэй — писатель интеллектуальный, а у Прилепина  подтекста не бывает. В его книгах все видно и слышно, у него все — действие, как в фильмах Джона Уэйна.

    У прозы Прилепина, безусловно, есть сильные стороны: ему великолепно удаются «экшены», динамика. В его текстах царствуют глаголы. Его герои размышляют редко. Им снятся сны, но чаще всего это остросюжетные сны, сразу же готовые превратиться в сценарии фильмов-боевиков. Боевиков в современной России пишут много. В одной из средних школ, с которой я сотрудничал, работал учитель математики, толстый бородатый мужчина, ходивший в черных свитерах и рубашках. Могло показаться издалека, что он — священник, однако он был совершенно светским человеком и писал четыре романа-боевика в год, причем подписывался женским псевдонимом.

    Что же отличает Прилепина от таких безвестных авторов, которые пишут романы для того чтобы элементарно прокормиться? Ответ — националистическая идеология. Прилепин и у Лимонова в Национал-большевистской партии побывал. Он активист и, говорят, боевик лимоновской национал-большевистской партии, но в названии НБП его привлекает как раз Н, а не Б, национализм, а не большевизм.
    Он считает себя продолжателем советского культурного проекта. Отсюда, скорее всего, интерес к Леониду Леонову и к Александру Проханову.

    Когда же Прилепин публикует в националистической газете «Завтра» провокационное благодарственное письмо Сталину от имени либералов, то «почва», на которой воздвигнуто его боевитое кликушество, становится очевидной: в основе его «патриотичного» творчества — банальные шовинизм и антисемитизм.

    Вчитаемся в следующий абзац:  «Если мы потеряем свои земли, нас быстро сотрут из памяти людской. Некому будет передать свою речь. Забудутся Пушкин и Блок. Засмеются дикой тарабарщине люди, услышавшие спустя не столь великое количество лет нелепую и невнятную речь: «Гой ты, Русь, моя родная, Хаты — в ризах образа!» (4). И никакого русского Возрождения не случится никогда: кому мы нужны, если не нужны самим себе? Надо держаться за свою землю всеми пальцами: нет ни у нас, ни у нашего языка иного пристанища».

    В каком веке это написано? О чем это? Какие земли боится Прилепин потерять? Кто собирается отобрать у России эти земли, без которых «забудутся Пушкин и Блок»? Прилепин сам выдумывает несуществующую опасность, а потом исторгает из себя «громкое» патриотическое чувство. При этом желает быть именно Хемингуэем, а не, скажем, Чеховым (как хотел быть Чеховым, например, Сергей Довлатов). Чтобы занимать нишу «современного патриота», нужно поддерживать в своих читателях это ощущение святого боя, невероятной смертельной опасности. Кто же защитит, как не он, бритоголовый Прилепин в тяжелых ботинках, «полных горячей водкой»?

    Кстати, «нелепая и невнятная речь», которой Прилепин запугивает в своем письме, — это его, прилепинская речь. Ботинки должны быть НАПОЛНЕНЫ водкой, а не ПОЛНЫЕ водкой, и это только одна из его бесчисленных речевых ошибок. Конечно, современный русский Джон Уэйн не может обойтись без эротики: «Я гладил Дашу, стоявшую выше, ко мне лицом, огромными грудками касаясь моего лица». Грудки — не бывают «огромными», суффикс опровергает определение-прилагательное: огромными бывают только ГРУДИ.

    Часто говорят с понимающей улыбкой, что Прилепину не хватает культуры. Говорящие надеются, что он сумеет это исправить. Возможно, для этого Прилепин пробует себя в разных жанрах. Он сейчас на гребне успеха, пишет эссеистику, составляет сборники рассказов, написал огромное исследование, посвященное ныне забытому советскому писателю Леониду Леонову «Леонид Леонов: Игра его была огромна» (2010), фантастический роман «Черная обезьяна» (2011) получил премию «Бронзовая улитка»5 (2012) — «за лучший фантастический роман года». Его книга 2012 года «Книгочет» имеет подзаголовок: «Пособие по новейшей литературе с лирическими и саркастическими отступлениями». В ней Прилепин собрал рецензии на различные книжки — не только художественные и эссеистические — которые выходили за последние годы. Однако редко случается, чтобы коммерчески успешного писателя культура отторгала столь категорично, как Прилепина. Еще один случай, когда массовый успех обратно пропорционален писательской репутации. Так бывает иногда.
     
     
     
    1   http://www.timeout.ru/books/event/366/
    2  Пустовая В. Толстая критика: Российская проза в актуальных обобщениях. — М.: РГГУ, 2012. — С. 274-275.
    3  
    http://www.afisha.ru/book/820/review/ 151866/
    4   Здесь он цитирует стихотворение Сергея Есенина «Гой ты, Русь, моя родная...».
    5   Это название отсылает к культовому фантастическому роману братьев Аркадия и Бориса Стругацких «Улитка на склоне» (1966-1972).
     

    «Русская словесность» . – 2014 . - № 2 . – С. 15-19.

     
     
     




    © 2006 - 2015 День за днем. Наука. Культура. Образование