Педагогический альманах ==День за Днем==
 
написать письмо

    Главная

    Новости

    Методика

    За страницами учебников 

    Библиотека

    Медиаресурсы

    Школьная библиотека

    Подготовка к ЕГЭ, ГИА

    Одаренные дети

    Проекты

    Мир русской усадьбы

    Экология

    Методический портфолио учителя

    Встречи в учительской

    Творчество педагогов

    Статьи педагогов в журнале "Новый ИМиДЖ"

    Конкурсы профессионального мастерства педагогов

    Творческие страницы

    Рефераты школьников

    Конкурсы школьников

    Альманах детского творчества "Утро"

    Творчество школьников

    Фотогалерея

    Школа фотомастерства

    Доска объявлений

    Полезные ссылки

    Гостевая книга
    Sort

    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

      День за днем : Статьи 

      Статьи  



     

    О.В. Юдушкина (Москва)
    кандидат филологических наук,
    научный сотрудник ФГНУ «Институт художественного образования» РАО
     
     
    Сюжетообразующее начало «маленьких поэм» С.А. Есенина 1917-1920 годов
     
     
    Ключевые слова: Есенин, «маленькие поэмы», суггестивная, тематическая, моделирующая функции мотива, символ, библейская тематика.
     

    Период 1900-1920 годов — один из ярчайших в поэзии XX века. Попытка осмыслить сменяющие друг друга эпохи, осознать сложнейшие катаклизмы истории, выпавшие на долю русского народа, находит свое отражение в символико-философских поэтических текстах, тесно соприкасающихся с целостным революционным миросозерцанием творческой интеллигенции. Обращение к христианским истокам: переосмысление роли веры, Бога, Духа, души, нравственного опыта в постижении дальнейшей судьбы России-родины — приводит многих мыслителей к осознанию трагичности происходящих событий. Начало Первой мировой войны, Февральская и Октябрьская революции 1917 года, отразившиеся в творчестве многих поэтов, подготовили почву для осмысления несомненных признаков надвигающейся катастрофы, также заложенных в самой атмосфере этого времени.

    Одним из первых в эту полемику включился Есенин. Богатство его поэтики — это и дань традиции, и рецептивность исторического периода с принятием или непринятием происходящего, и новаторская система, представленная в форме самого слова. Жанр «маленькой поэмы» дает автору много возможностей для определения его творческой философии. Поэтому «сюжет» эпохи, показанный в революционных поэмах поэ-
    та, — сплетение «разных положений-мотивов» [1, 305], связывающих в одно поэтическое целое пространство этих стихотворений и в совокупности приближающих их к циклу.

    Сюжетика «маленьких поэм» Есенина основывается на библейских мотивах, языческих образах и фольклорной стилистике. Модель крестьянского космического сознания передана им через уникальную мифопоэтическую картину мира, ярко представленную в его стихотворениях. Лирический герой в них постоянно обращен к небу, видит и отмечает символику небесного пространства. Отсюда и сложная структура поэм 1917-1920 гг.: в основу авторской позиции положен евангельский текст, приобретающий особое художественное значение в индивидуальном смысловом наполнении.

    Есенин анализирует современную ему историческую действительность, объясняя с богословской точки зрения бытийное движение образа. Это приводит к заимствованию сюжета, художественной формы и обрядовой системы. Используя реминисценции, аллегории, стилизуя библейский текст, поэт показывает образ-архетип в виде мифологической смысловой единицы мотива-образа, пространственное™, пейзажа, действия и т.д. Из комбинации этих «простейших повествовательных единиц» [1, 495] вырастает сюжет, представляющий собой большую ступень обобщения. Сложная фабульная формула невозможна без конструктивной связи варьируемых мотивов, сообщающих тексту неповторимую поэтику. (О мотиве, сюжете см. [6, 11, 14].)

    «Художественно-философский мир Есенина строится на двух основаниях: на мифопоэтическом мышлении, вобравшем в себя языческие, фольклорные и религиозно-мифологические идеи, на языческо-христианском синкретизме, составляющем сущность русской народной веры, и на реалистическом отражении жизни, прежде всего крестьянского быта и сельской природы. Эти две основы, переработанные художественным сознанием поэта, переплетаются в его творчестве и дают новый образный сплав — единый реалистически-романтический мир, находящийся в постоянном развитии» [4; 1, 167].

    Мотивность «маленьких поэм» Есенина 1917-1920 гг. поражает своим разнообразием. Выступая в синтезе макро- и микрообразов, мотивы лирики этого периода составляют особую поэтическую систему: подчас в одном только произведении функциональность мотива может поменять свое направление. Так, например, в поэме «Пришествие» (1917) главы, объединенные темой поиска веры, представляют собой различные поэтические элементы. Повторы — «верую», «молюся» выступают в антитезе с образом распятого Сына (явный пример мотива отречения):
     
    Снова мне, о Боже мой,
    Предстает твой Сын.
    По тебе молюся я
    Из мужичьих мест;
    Из прозревшей Руссии
    Он несет свой крест [3; 2, 46].
     
    Здесь же мы встречаем образ Руссии (совсем не на славянский манер), противопоставленный образу Руси — Приснодевы (мотив почитания родины). Одной из важных является орнаментальная функция мотива — мотив моления, показанный в виде стилизованной молитвы или реминисцентных вставок.
    Например,

    Господи, я верую!..
    Но введи в свой рай
    Дождевыми стрелами
    Мой пронзенный край (2, 46).

    Первые же стихи поэмы — перифраза строк «Моления» Даниила Заточника: «Помяни меня каплями дождевыми, яко стрелами пронизаема» [10, 135].
    Шестая часть поэмы — стилизованная молитва об усопшем. Здесь в повторе представлен евангельский эпизод:
     
    «Пришествие»
    Опять Его вой
    Стегают плетьми
    И бьют головою
    О выступы тьмы... (2, 47)

    Под ивой бьют Его вой
    И голгофят снега твои (2, 50).
    Мф. XXVI, 67-68.
     
    «Тогда плевали Ему в лице и заушали Его; другие же ударяли Его по ланитам и говорили: прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?»
     
    Окончание этой части — слова из молитвы св. Иоанна Златоустого перед Святым Причастием:
     
    «Пришествие»
    Но не в суд или во осуждение
    (2,50).
    Молитва св. Иоанна Златоустого

    «Да не в суд или во осуждение будет мне причащение Святых Твоих Тайн, Господи, но во исцеление души и тела» [8, 178].

    Итак, стилизованные элементы, данные в градации, взаимодействуя в единой мотивной структуре, образуют сюжет поэмы [9]. Повторы, интонации нагнетания, переходящие в патетику, выступают в роли суггестивной функции мотива веры, общая тематика, представленная еще в названии — «Пришествие», — тематическая функция мотива пришествия Праведника также выполняет и моделирующую функцию в цикле частей самой поэмы и в ряду других поэм 1917-1920 годов.

    Многообразие мотивов подтверждается и многофункциональностью образной системы «маленьких поэм» этого периода.

    В литературоведении различают три основных функции мотива — суггестивная (орнаментальная), тематическая, моделирующая (структуро-образущая).

    «Суггестивная (орнаментальная, музыкальная) функция мотива. Ряд повторяемых лексических блоков, который служит созданию определенного настроения и ритма, часто несет, так сказать, функцию аранжировки. Конечно, здесь мотив рассматривается как элемент речевой организации текста, сам по себе не несущий отдельной смыслообразующей роли.

    Суггестивная функция лейтмотивов, однако, может выступать как важный знак подтекста, который вводится настойчивыми повторами. Лейтмотивная суггестивность призвана привлечь внимание читателя к значимым элементам авторского художественного мира» [7].

    Орнаментальная функция представлена в «маленьких поэмах» через различные элементы: молитва (обращение в поэмах «Певущий зов», «Отчарь», «Октоих», «Пришествие», «Инония»), диалог («Пришествие»), скрытый диалог («Певущий зов», «Товарищ», «Октоих», «Преображение»), мелодика стиха (ритм марша, окказиональные формы, разнослоговый стих, реминисценция  молитвы). Все это создает особую роль мотивации в стихотворении: сквозные образы, составляющие основное содержание произведений, формируют сложный для восприятия и интерпретации, но удивительный по своей структуре сюжет.

    Одним из интереснейших проявлений суггестивной функции является введение в ритмическую схему поэм патетической интонации, выраженной мотивом призыва. Приведем примеры из поэм.

    «Певущий зов»
    Радуйтесь! Земля предстала Новой купели! (2, 26)

    «Товарищ»
    Слушайте:
    Больше нет воскресенья! (2, 34)

    «Отчарь»
    Закинь его [шар] в небо, Поставь на столпы! (2, 39)
     
    «Октоих»
    Святись преполовеньем
    И рождеством святись,
    Чтоб жаждущие бденья
    Извечьем напились (2, 41).
    «Восстань, прозри и вижди!
    Неосказуем рок» (2, 45).

    «Пришествие»
    Явись над Елеоном
    И правде наших мест! (2, 51)
    Уйми ты ржанье бури
    И топ громов уйми!
    Пролей ведро лазури
    На ветхое деньми! (2, 51)


    «Преображение»
    Ей, россияне!
    Ловцы Вселенной,
    Неводом зари зачерпнувшие небо, —
    Трубите в трубы! (2, 54)

    «Иорданская голубица»
    Братья мои, люди, люди!
    Все мы, все когда-нибудь
    В тех благих селеньях будем,
    Где протоптан Млечный Путь.
    Не жалейте же ушедших,
    Уходящих каждый час, —
    Там на ландышах расцветших
    Лучше, чем в полях у нас (2, 59).

    «Инония»
    «Наша вера — в силе.
    Наша правда — в нас!» (2, 68)

    «Небесный барабанщик»
    Гей вы, рабы, рабы!
    Брюхом к земле прилипли вы
    (2,69).
    Верьте, победа за нами!
    Новый берег недалек (2, 71).

    «Пантократор»
    Сойди, явись нам, красный конь!
    (2, 75)

    «Кобыльи корабли»
    Плывите, плывите ввысь!
    Лейте с радуги крик вороний!
    Скоро белое дерево сронит
    Головы моей желтый лист (2, 77).

    «Сорокоуст»
    Трубит, трубит погибельный рог!
    Как же быть, как же быть теперь нам
    На измызганных ляжках дорог? (2, 81)


    Проходя через тринадцать поэм, мотив призыва видоизменяется, приобретает различные формы, выступает в совершенно иных исторических контекстах, указывает на эволюционность и преломленность взглядов Есенина, но интонация призыва остается неизменной. Призывность показана в синтезе мотива всеединства*(«И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как Мы едино» [Ион, 17:22]), мотивов братства, судьбы, неприятия, гибели.

    Суггестивная функция выступает как орнамент («намек»), указывающий на сложную мотивику, выраженную в контексте поэмы различными стилевыми элементами. Эта «заставка» предполагает взаимосвязь с темой поэмы, раскрывающей через яркую образность проблематику произведения.

    Основные темы «маленьких поэм» 1917-1920 гг.: духовное преображение мира и человека, «русская Голгофа», спасение через гибель, тема свободы и др.
    Стоит обратить внимание и на емкое содержание заголовков «маленьких поэм». Через «корабельные образы», выраженные в названиях этих стихотворений, поэт указывает тему, или главного персонажа, или центральное событие, положенное в основу повествования.

    Во втором томе Собрания стихотворений (1926-1927) — по воле Есенина — «маленькие поэмы» 1917-1920 гг. были напечатаны в следующем порядке: «Певущий зов», «Товарищ», «От-чарь», «Октоих», «Пришествие», «Преображение», «Иорданская голубица», «Инония», «Небесный барабанщик», «Пантократор», «Кобыльи корабли», «Сорокоуст». Поэма «Сельский часослов» (1918), не включенная в первое собрание поэта, была опубликована в четвертом томе полного собрания сочинений 1995-2001. Поэт сам определил их тематическую направленность, основанную, прежде всего, на содержании этих стихотворений, документально передающих настроение исторического периода 1917-1920 годов.

    Христианским мотивом преображения мира объединены поэмы 1917 г. Романтические настроения, переданные в сложнейшем стилевом оформлении, показаны в их заголовках. «Певущий зов» — призыв к всеединству, союзу народов во славу «царствия Божьего на земле». «Товарищ» — первые суровые картины революции (февраль 1917), провозглашающие «новую религию» — «Рре-эс-пуу-ублика!» (2, 34). «Отчарь» — вера в обновление русской деревни, в возможности крестьянского самосознания. «Октоих» — название богослужебной книги здесь употреблено метафорически, но, тем не менее, заголовок поэмы угадывается в прочтении стихотворения: вводятся четыре авторские молитвы с обращением к Родине, Деве Марии, Богу, приветствием к Спасителю. «Пришествие»— в названии прочитывается пророческий мотив, связанный со вторым пришествием Иисуса Христа. Оно «будет славным: Он явится не уничиженным сыном человеческим, как в первый раз, но как истинный Сын Божий, окруженный ангелами, служащими Ему (Мф. 24:30; Мф. 16:27; Мр. 8:38; 1Фес. 4:16 и проч.). Это славное пришествие будет в то же время страшным и грозным, так как теперь Христос будет судить мир» [2].

    Следующая поэма — «Преображение». Ее название является неким итогом к поэмам 1917 года и несет на себе емкую смысловую нагрузку: тема преображения мира, государства становится наиболее актуальной после Октябрьской революции.

    Поэтому неудивительно, что 1918 год в поэмах Есенина представлен через мотивы пророчества и обновления. Образ пророка был необходим: изменения в обществе требовали того же в умах граждан. Поэт предлагает свою «интерпретацию новой жизни». На смену романтическому мировосприятию приходит реалистическое.

    Прочитаем эти заголовки. «Иорданская голубица» — песнь об «отчалившей Руси» (2, 57), ее новом крещении. «Инония» — появление героя-пророка, рассказывающего об «иной» земле, где «Новый в небосклоне / Вызрел Назарет» (2, 68). «Сельский часослов» — сложнейшее по своей структуре произведение, показанное в виде стилизованных молитвословий лирического героя, стремящегося осознать происходящие со страной «муки». «Небесный барабанщик» — Есенин, чувствовавший «бурную динамику революции» [5, 259], в мифопоэтическом образе барабанщика вновь передает пророческий мотив, наполненный пафосом Гражданской войны.

    1919-1920 гг. — апокалипсические темы: попытка осознать совершающееся. Многовековая христианская культура, беспощадно уничтожавшаяся в это время, сменяется религией «красного коня» (2, 75). В «маленьких поэмах» Есенин не отрекается от Бога, а символически, как художник, воссоздает события той эпохи. «Пантократор» — образ всевластителя, вседержителя Иисуса Христа. В контексте стихотворения видим рецептивность идей социализма, изображенных в мотивах призыва. «Кобыльи корабли» — метафорическая аллюзия на Ветхозаветный эпизод о Ноевом ковчеге — полное разочарование в деяниях человека. «Сорокоуст» — церковная служба по умершему. Не случайно стихотворение завершает цикл «маленьких поэм» 1917-1920 гг.: мотивы возрождения 1917 г. вкупе с надеждой на обновление государства 1918 г. приводят поэта к пониманию неизбежности гибели «Руси — Приснодевы» (2, 47). (См. [13].)
    Говоря о тематической функции мотива, представленной в символических заголовках поэм изучаемого периода, приходим к выводу: эти названия тесно соприкасались с веяниями того революционного времени. Библейские мотивы, данные Есениным, указывают на сложную проблематику стихотворений, объединяют поэмы в цикл.

    Моделирующий мотив — основа сюжетного пространства «маленьких поэм» 1917-1920 гг. В этих произведениях главным становится сосуществование лирического и эпического, т.е. происходит наполнение текста объемным содержанием посредством различного рода мотивных рядов, усложняющих стиховую структуру (композиционно поэмы дробятся на несколько частей, связанных общим сюжетом). Таким образом, в каждом из стихотворений наблюдается присутствие некого подтекста (исторического, философского, космического, крестьянского и др.). Именно моделирующая функция позволяет провести параллель мотивности не только внутри произведения, но и за его рамками: благодаря содержанию поэтических форм происходит объединение произведений в цикл. Так, например, в поэмах 1917 г. Одним из важнейших становится мотив веры (сквозной мотив в «Товарище», «Отчаре», «Пришествии», «Преображении»), что, безусловно, и определяет сюжетное действие: мотивы «получают свое содержание и смысл не сами по себе, а через сопоставление и связь с другими мотивами <...> при внутреннем обхвате всего целого одновременно» [12, 32].

    Каждая из «маленьких поэм» — особое символическое пространство, благодаря которому складывается сложная художественная система. Именно моделирующая функция мотива указывает на «образ образа», т.е. «ангелический образ» («Ключи Марии» (1918)) —высшую форму поэтического искусства.
    Метафоры (напр., «Она загорелась / Звезда Востока» (2, 27)), сравнения (напр., «Над тучами, как корова, / Хвост задрала заря» (2, 55)), метонимии (напр., «Зреет час преображенья» (2, 55)), аллегории (напр., «Грозно гремит твой гром / Чудится плеск крыл» (2, 53)) создают уникальную мотивную структуру, воплощенную в символическом содержании произведения. Моделирующая функция мотива позволяет говорить о психологических качествах героя, определяющих его личность, а также влиять на композиционную стройность стихотворения.

    В поисках наиболее верной формы при описании современной истории Есенин обращается к евангельским сюжетам, в чем проявляется попытка обнаружить общие точки соприкосновения христианской культуры с современностью. Лиричность образной системы дополняется присутствием в поэтическом пространстве особой сюжетообразующей линии. Стилизованные элементы, рецептивность повествования, предикативность мотива указывают на сложное по тематике строение «маленькой поэмы». Такой переход обязателен для освоения новых лироэпических форм. Есенину важно показать смысловую систему мотивной структуры (концептуально значимой конструктивной связи повторяемых и варьируемых элементов текста). Доминирующими в «революционный» период творчества поэта (с 1917 по 1920 годы) становятся библейские мотивы.
     
     
    Литература
     
    1. Веселовский А.Н. Историческая поэтика. — М., 2008.
    2. Второе пришествие Иисуса Христа. Код доступа: http://ru.wiMpedia.org/wiki/
    3. Есенин С. Полн. собр. соч.: В 7 т., 9 кн. — М., 1995-2001 (в дальнейшем ссылки на это издание даются с указанием тома и страницы).
    4. Захаров А.Н., Савченко Т.К. Сергей Есенин // Русская литература 1920-1930-годов. Портреты поэтов: В 2 т. — М., 2008. —Т. 1. —С. 167.
    5. Коган П.С. // Красная новь. 1922. — № 3. Май — июнь. — С. 259.
    6. Краснов Г.В. Сюжет, сюжетная ситуация // Литературоведческие термины (материалы к словарю). — Коломна, 1997. — С. 48.
    7. Мотив: основные подходы к рассмотрению // Введение в литературоведение. Код доступа: http://litved.rsu.ru/motiv.htm.
    8. Православный молитвослов. — СПб., 1998. — С. 78.
    9. Путилов Б.Н. Мотив как сюжетообразующий элемент // Типологические исследования по фольклору. — М., 1975. — С. 149.
    10. Русская хрестоматия: Памятники древней русской литературы и народной словесности. Для средних учебных заведений / Сост. Ф. Буслаев. — М., 1912. — С. 135.
    11. Силантьев И.В. Поэтика мотива. — М., 2004. — С. 79.
    12. Скафтымов А.П. Тематическая композиция романа «Идиот». — М., 1972. — С. 32.
    13. Скороходов М.В. Маленькие поэмы Есенина 1918 года: о поэтике заглавия // Российский литературоведческий журнал. 1997. — № И. — С. 41-60; Скороходов М.В. Тематика смерти — воскрешения в «маленьких поэмах» Есенина 1917 года // Философия бессмертия и воскрешения. — М., 1998.
    14.Томашевский Б. Поэтика: Краткий курс —М., 1996. — С. 71.
     

    «Русская словесность» . – 2015 . - № 2 . – С. 27-33.
     
     




    © 2006 - 2015 День за днем. Наука. Культура. Образование