Лайлибеков А. Снежный барс. Современное состояние популяции в Горном Бадахшане

 
 
Аслибек Лайлибеков
Заместитель директора Таджикского национального парка в ГБАО Министерства сельского хозяйства и охраны природы Республики Таджикистан
 
Снежный барс. Современное состояние популяции в Горном Бадахшане
 
 

Снежный барс (Uncia Uncia Schreber) - один из самых крупных видов семейства Felidae, обитающих на Памирском плато и в горах Центральной Азии. Его можно рассматривать как основной вид, определяющий состояние азиатских высокогорных экосистем, поскольку он занимает верхнее положение в пирамиде питания, требует обширных участков обитания, перемещается на большие расстояния, иногда мигрирует из одной страны в другую и сохраняет благополучие лишь в девственных, нетронутых местообитаниях. Являясь «санитаром гор», данный вид регулирует баланс соотношения между «хищником» и «жертвой», «здоровыми» и «больными» и т. д.

В настоящее время ученые в разных странах борются за сохранение снежного барса, он внесен в Международную красную книгу МСОП. В Кыргызстане организована специальная бригада (инспекция) по сохранению снежного барса. В Китае ужесточены законы. В России и других странах СНГ введены большие штрафные санкции за незаконный отлов или уничтожение снежного барса.
 
Ареал обитания снежного барса охватывает такие страны, как Таджикистан, Россия, Кыргызстан, Афганистан, Пакистан, Монголия и Китай. Горные плато и экосистема в этих регионах наиболее подходят для обитания этого редкого вида. Кормовыми объектами снежного барса являются: сибирский горный козел (Сарга ibex sibirika); винторогий козел, или мархур (Сарга falconeri heptneri); бухарский горный баран, или уриал (Ovis vignei bochariensis); памирский горный баран, или архар (Ovis аттоп РоШ); дикий кабан (Sus scropha) и другие более мелкие млекопитающие, такие как красный сурок (Marmota caudata), заяц-толай (Lepys tolai), а из птиц — тибетский улар (Tetraogallus tibetanus), кеклик, или каменная куропатка (Alectoris chukar), тибетская саджа (Syr-rhaptes tibetana). В России — благородный олень, или марал (Cervus elaphus sibiricus), косуля (Capreolus capreolus), дикий кабан (Sus scropha), северный олень (Rangifer tarandus).

Основные места концентрации вида простираются от горных массивов Китая (Гунгашань в провинции Сычуань, Кильян-Шань в провинции Ганьсу, Баян Хара Ула и хребет Аньемакин в провинции Цинхай), далее вдоль Куньлуня, Арьин-Шань и многочисленных горных цепей (Тибетский автономный район Китая) до Гималаев в Индии, Бутане и Непале, а к северо-западу — по Каракаруму (Пакистан) через Гиндукуш в Афганистан. Отсюда область распространения снежного барса простирается к северу, охватывая Горный Бадахшан, Алайский, Гиссарский, Зеравшанский и Туркестанский хребты Таджикистана; Чаткаль-ский Узбекистана; Таласский Алатау и Кыргызский хребет на границе между Кыргызстаном и Казахстаном; Тянь-Шань, разделяющий территории Казахстана и Синьцзянского автономного Уйгурского района Китая; локализован далее к северу Заилийского и Джунгарского Алатау (Казахстан) и, наконец, охватывает восточные отроги Тянь-Шаня (Нан и Карлик) в Китае. В Южной Сибири ареал распространения охватывает Алтай и Саяны до юго-западной границы Монголии.

Скальные горные ландшафты с их тонким почвенным покровом делают высокогорные экосистемы наиболее хрупкими среди прочих ландшафтов региона. Вместе с тем именно здесь находятся истоки всех больших рек, питающих водой низкогорные долины и предгорья, где сконцентрированы основные массы населения, сельскохозяйственные угодья и индустриальные предприятия.
 
Из дневников наблюдений
Многолетние наблюдения встреч снежного барса с местными жителями показывают, что эти редкие животные во всех случаях были убиты чабанами и скотоводами. Так, в феврале 1976 г. в селе Хасхорог Ишкашимского района барсы, переходя из Афганистана по льду в Горный Бадахшан, стали жертвами чабанов: были убиты взрослый снежный барс и двое молодых барсят...
 
Несмотря на предпринимаемые меры по сохранению снежного барса, численность его резко сокращается, что связано с действием антропогенного фактора (строительство дорог, распашка земель, браконьерство) и т. д.

Для сохранения вида необходимо разработать новые методы и подходы, включающие систему мониторинга и оценки ситуации в каждом государстве Центрально-Азиатского региона. На наш взгляд, ее содержанием должны быть:
• единая система индикаторов;
• единая методология и система сбора данных:
• методы распространения информации;
• принятие решений по результатам анализага лученной информации.

Все государственные и общественные природ охранные организации, юридические и физические лица (в том числе местное население) должны принять участие в деле сохранения снежного барса.
Используя единую систему индикаторов, меняя единую методологию учета и сбора данных, легче будет разработать мероприятия, направленные на сохранение какого-либо конкретного дикого животного, не забывая о соотношении численности хищников и их жертв, их плотности и ареала распространения, а также конкурентоспособности. Для снежного барса основным конкурентом по объекту питания являются волки, занимающие почти такой же ареал распространения. От их количества зависит и численность барса.

В конце 1980-х — начале 1990-х годов (данные Управления республиканского Потребсоюза по заготовке пушно-мехового сырья) в Таджикистане ежегодно добывалось от 350—580 волков только на территории Горно-Бадахшанской автономной области. После распада Советского Союза в Таджикистане практически были прекращены все мероприятия, направленные на борьбу с волками. Хотя в действующем нормативном документе (Положении об охоте и охотничьем хозяйстве на территории Республики Таджикистан, утвержденном Постановлением Правительства Республики Таджикистан от 16.07.1997 г. № 324) установлена премия в размере 20 минимальных зарплат, охотники из-за отсутствия поставок охотничьих боеприпасов и капканов не имеют практической возможности добывать волка. В настоящее время в Таджикистане численность волков выросла, что наносит огромный ущерб местному населению (уничтожаются домашние животные).

Места обитания, ранее занимаемые снежным барсом, теперь оказались раздробленными на мелкие участки. Популяция вида значительно сократилась вследствие незаконной охоты (браконьерства), прибыльной торговли шкурами, костями и другими частями тела снежного барса, уничтожения его скотоводами в отместку за нападения на домашний скот и быстрого сокращения численности естественных жертв. Сокращение численности снежного барса также связано с увеличением населения высокогорий и с экологической деградацией горных ландшафтов.

Там, где снежный барс встречается в значительном количестве, природная среда может быть оценена как более продуктивная и благополучная, а значит, степень состояния и индикаторы давления удовлетворительные.
Анализ 40-летних наблюдений показал, что с 1970 по 2010 г. было получено всего 74 информации о встречах людей со снежным барсом на территории Горного Бадахшана <…>
Отметим, что доступны данные за 1939 и 1953—1968 гг. о заготовке пушно-мехового сырья нижеуказанных видов диких животных (табл. 2). Эти виды в настоящее время стали редкими и исчезающими, и для сохранения этих животных необходимо изыскать средства. Для природоохранной программы по сохранению этих видов требуются определенные инвестиции.
<…>
В нынешней ситуации при совместных усилиях, направленных на сохранение краснокнижных видов, центральноазиатским государствам по силам поправить допущенные ошибки.

Из дневников наблюдений
С ноября 1978 г. по апрель 1979 г. в окрестностях села Патхор Шугнанского района можно было наблюдать, как 10 снежных барсов (три самки, каждая с двумя котятами, и один старый самец) охотились, «взаимодействуя» со стадом в 780 голов сибирского горного козла. Зима 1978/79 года была многоснежной, и способ охоты при таком большом стаде по скалистому склону был очень труден. Так вот, снежные барсы как бы «охраняли» стадо козлов, кружась вокруг него с разных сторон и не давая стаду уйти далеко. В конце марта — начале апреля численность сибирских горных козлов уже составляла 123 головы, а снежных барсов осталось семь - трое котят с шестью козлами попали под снежный обвал...
В настоящее время таких стад козлов и сбор снежных барсов в этих местах не наблюдается: зимой 2009/2010 года там паслись только 29 козлов, а следы снежных барсов вообще отсутствовали. Вместо снежных барсов на этом месте появилась большая стая волков. При встрече с волками ранее нами было учтена стая от трех до пяти особей. В последнее время количество волков в стае доходило до 15-17.
 
Организованная сеть заповедников, национальных парков, особо охраняемых природных территорий, заказников для охраны и защиты видов, находящихся под угрозой вымирания, или уникальных биогеографических участков создана так, что их границы не совпадают со смежными границами соседних государств. Снежный барс и другие редкие виды животных, являющиеся основными жертвами барса, переходят из одного государства в другое и попадают в зону неохраняемых территорий, становятся жертвами браконьеров и хищников.

Каждая центральноазиатская страна имеет возможность охранять только свою территорию. Переход мигрирующих животных в неохраняемую зону другого государства — все равно что встреча с черной дырой. И гибель всех зверей происходит именно здесь. Государства-соседи вообще не обмениваются сведениями о своих заповедных территориях, не предусмотрены коридоры и приграничные миграционные пути для диких зверей, являющихся редкими и исчезающими видами для всех азиатских государств.

О современном состоянии популяции снежного барса и численности этого вида на территории центральноазиатских государств разные авторы судят по-разному. В Монголии оценка количества снежных барсов — от 500 до 900 особей (слишком большая амплитуда, разница в 400 особей), в Китае — 1400 особей (в г. Тошкурган на базаре свободно торгуют шкурами снежного барса), в Непате раньше называли число особей от 150 до 300. а новые данные — от 350 до 500; в Пакистане оценивают их численность до 250 особей, в Индии -до 400 особей. (Если суммируем общее количество, оно составит 2900—3450 особей).

В бывших советских республиках численность снежного барса оценивается числом в 1—2 тыс. особей (тоже большая амплитуда значений). В России насчитывают 60-80, в Киргизии 113-175, в Казахстане 70—90 особей снежного барса, в Таджикистане 200-300, в Узбекистане 30-50 особей. Следовательно, в настоящее время численность снежных барсов составляет от 513 до 735 особей. Так сколько же снежных барсов осталось на планете?

По Таджикистану к началу XIX века обитало более миллиона сибирских горных козлов и более 300 тыс. голов памирского горного барана (архара), более 10 тыс. бухарских горных баранов и 5 тыс. винторогих козлов. На основании проведенных учетов в настоящее время на территории Бадахшана и Памира обитает 50-70 тыс. сибирских 1 горных козлов, 5—6,5 тыс. памирских горных баранов. 65 голов бухарского горного барана, 300 винторогих козлов, которые входят в рацион снежного барса.

По мнению специалистов, одному волку в среднем необходимо от 35 до 40 архаров и козлов, oт 30 до 50 сурков и зайцев, от 5 до 10 голов мелкого рогатого скота и от одной до трех голов крупного рогатого скота в год. Сколько мы имеем волков по всей территории азиатских государств? Каков ежегодный ущерб от них для сельского хозяйства и всей дикой природы? Каждое государство имеет возможность проводить подсчет таких убытков с помощью своих соответствующих государственных органов, одновременно определять индикаторы, проводить мониторинг, оценивать состояние, давление и снижение степени бедности населения по всем населенным пунктам региона (а это самая острая проблема всех стран-соседей!).

Печален прогноз по снижению количества и качества трофических ресурсов для снежного барса по всем центральноазиатским государствам на начало XXI века на территории, пригодной для обитания снежного барса. По данным специалистов и ученых, которые сегодня дают оценку по странам Центральной Азии, площади пригодных мест обитания для снежного барса составляют:
Афганистан — 80 тыс. км2;
Бутан — 10 тыс. км2;
Китай — 400 тыс. км2;
Индия — 95 тыс. км2;
Монголия — 130 тыс. км2;
Непал — 30 тыс. км2;
Россия — 131 тыс. км2;
Кыргызстан — 6554 км2;
Казахстан — 8200 км2.
По Таджикистану и Узбекистану, к сожалению, данных нет.
Общая площадь местообитаний, предположительно пригодных для снежного барса, колеблется от 890 тыс. до 1 млн км2 по центральноазиатским странам, и предполагаемые цифры возможной численности снежного барса варьируют от 3350 до 7000.

Основными источниками угрозы существованию снежного барса по Горному Бадахшану являются:

• охота и торговля шкурами и различными частями тела и костей;
• ежегодный конфликт (с ноября по май) между животноводами и снежными барсами из-за недостаточности трофических ресурсов в дикой природе;
• истощение и отсутствие трофических ресурсов;
• стихия при многоснежных зимах в горных ландшафтах как для барса, так и для его кормовых ресурсов;
• неэффективная охрана или ее отсутствие. Каждый вид диких животных имеет большое значение не только сам по себе, но и для всего своего окружения. Для одних он является трофическим ресурсом, для других считается защитником, для третьих — вредителем, для четвертых — полезным и т. д.

Какой нужен подход для определения общего количества снежных барсов, сколько пригодных территорий и мест обитания можно зарезервировать для снежного барса, как охранять данную территорию всеми государствами центральноазиатского региона? Каково должно быть общее количество снежного барса для передачи по наследству всему человечеству? Проблему должны решать совместно все центральноазиатские государства. Представители власти, местные природоохранные органы, НПО, информационные и экологические центры должны обладать всеми необходимыми документами о запасах и численности популяции, плотности всех природных ресурсов региона, на территории которого расположены данные пригодные угодья. Проблему надо довести до каждого жителя населенных пунктов.
Такой подход сможет повысить ответственность местных органов за сохранность природы, заинтересовать всех жителей, обеспечить разумное использование природных ресурсов в целях устойчивого развития горных регионов Центрально-Азиатского плато на современном этапе с участием всего сообщества.
 
"Экология и жизнь". 2010. № 10. С. 59 - 63.