Педагогический альманах ==День за Днем==
 
написать письмо


    Главная

    Новости

    Методика

    За страницами учебников 

    Библиотека 

    Медиаресурсы 

    Школьная библиотека

    Подготовка к ЕГЭ, ГИА

    Одаренные дети

    Проекты

    Мир русской усадьбы

    Экология  

    Методический портфолио учителя

    Встречи в учительской

    Творчество педагогов

    Статьи педагогов в журнале "Новый ИМиДЖ"

    Конкурсы профессионального мастерства педагогов

    Творческие страницы

    Рефераты школьников

    Конкурсы школьников

    Альманах детского творчества "Утро"

    Творчество школьников

    Фотогалерея

    Школа фотомастерства

    Доска объявлений

    Полезные ссылки

    Гостевая книга
    Sort

    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru

      День за днем : Статьи 

      Статьи  


     
     
    Т. Гейнсборо. Автопортрет. Около 1758-1759Е.В. Нетесова
     
    Томас Гейнсборо  (1727-1788),   английский живописец
     
     
    Томас Гейнсборо родился в маленьком, типичном для Восточной Англии городке, который некогда знал времена расцвета, но потом притих на берегу реки в окружении лугов и дубрав. Семейство Гейнсборо было типичным семейством почтенных купцов. Отец торговал сукном, дела его понемногу приходили в упадок, как у многих других в канун великой Промышленной революции.
    И только Томас, младший, девятый ребенок в семье, оказался нетипичным. Вместо того, чтобы приглядываться к работе отца, он, прогуливая школу, рисовал все, что видел вокруг: деревья, зеленые изгороди, овраги, скалы, пастухов, крестьян, лошадей, собак, поросят и кошек. Много позже, став знаменитым художником, он назовет эти детские забавы «школой верховой езды». Когда мальчику исполнилось 13 лет, родственник увез его в Лондон и пристроил к серебряных дел мастеру.

    Ни в какой другой стране Запада, по словам современного историка Арнольда Тойнби, один-единственный город так не затмевал все остальные, как Лондон. Население страны было меньше, чем во Франции, Германии или даже Италии, а Лондон уже в конце XVII в. стал крупнейшим городом в Европе. В нем кипела культурная жизнь, работали 17 театров, научные общества, существовала мощная художественная школа — целый мир, независимый и влиятельный, не последнее место в котором занимали меценаты, покровители талантов. Один из них и приметил способного мальчика, обеспечив Томасу возможность учиться в Академии Св. Мартина (Королевская Академия художеств будет создана только через тридцать с лишним лет).

    Все смешалось в художественной культуре Англии того времени — остатки принципов и традиций барокко, диктовавшего торжественный «большой стиль»; занесенное из Франции рококо, изящное, декоративное, но неглубокое; классицизм с его организованностью форм, идеализированной природой, строгой иерархией искусств, в которой излюбленные Гейнсборо пейзаж и портрет занимали низшую ступень; сентиментализм, взывавший к «естественным чувствам»; нарождавшийся острый, сатирический реализм.

    Картинных галерей и музеев в Англии еще не было, доступ к частным коллекциям имел не всякий, но существовало замечательное английское изобретение — аукционы, где выставлялись картины на продажу. Уже в те годы работал знаменитый аукцион Кристи. С его основателем, бывшим моряком Джоном Кристи, позже подружится Гейнсборо и оставит нам его портрет. На аукционных выставках и отражалась борьба художественных мнений и вкусов.

    Юный Томас Гейнсборо впитывал могучую живопись Рубенса и Ван Дейка, тонкую реалистичную живопись «малых голландцев», реализм Хогарта, извивы рококо, но в зрелые годы не копировал выигрышные приемы, а с их помощью пытался передать состояние и движение природы, характер человека.

    В начале пути, вынужденный зарабатывать на жизнь, он выполняет декоративные работы, пишет маленькие пейзажи. Одна из самых ранних подписных картин изображает... бультерьера Бампера на фоне пейзажа, а на обороте рукой художника сделана уважительная надпись: «Замечательно умный пес».

    Скоро Гейнсборо замечают и начинают ценить коллеги, сам Хогарт приглашает его к участию в украшении детского приюта, и он пишет вид лондонского госпиталя «Чартерхаус» — мощные кирпичные стены, тяжесть которых расплавлена в теплых красноватых тонах и не подавляет, уходящая вглубь мощеная мостовая, неровно освещенная и потому играющая всеми оттенками, какие способен придать кирпичу и камню солнечный луч, в самом светлом пятне маленькие черные фигурки детей, слева — деревья, а над ними — прорыв в небо, пенящееся облаками.

    По этой работе, выполненной в 1748 г., когда Гейнсборо был 21 год, видно, как зарождались особенности его мастерства. При неизбежном тля изображения архитектурных форм математически точном построении композиции здесь уже присутствует движение, увлекающее зрителя, при замкнутом пространстве уже сделана попытка прорыва, создания форм игрой теней и света. Человеческие фигурки — ритмические точки — уже пытаются жить собственной жизнью.

    У зрелого Гейнсборо мы не найдем ни городских архитектурных пейзажей, ни даже изображения узнаваемых конкретных мест. Несмотря на необходимость зарабатывать, он отказывался писать топографически точные виды поместий, которые жаждали иметь английские сквайры.

    Заказов «для души» добиться в Лондоне не удавалось, и Гейнсборо переехал в небольшой портовый юрод Ипсуич, где было поменьше соперников. Первым, кто пригласил его к себе, был местный помещик, желавший... покрасить окна и двери. Однако дело постепенно налаживалось — в Ипсуиче художник написал около 80 портретов, продемонстрировав замечательный дар мгновенно и точно схватывать сходство.

    Долгое время главным в творчестве Гейнсборо считался портрет, хотя самому художнику всегда был ближе пейзаж. «Меня тошнит от портретов, — писал он другу, — ужасно хочется удалиться в какую-нибудь милую деревню, где я мог бы писать пейзажи...». Однако отвлеченных пейзажей тогда не ценили, а потому не заказывали и не покупали, мода на них пришла лишь в конце XVI11 в. Может быть, необходимость писать портреты ради денег в сочетании с душевной потребностью писать пейзажи и привели Гейнсборо к одному из его главных художественных открытий — созданию пейзажного портрета, где человек и природа сливались воедино.

    Огромную роль в творчестве художника сыграла его редкостная музыкальность. Каким-то чудом Гейнсборо сумел перенести свою любовь к музыке и ее тонкое понимание в живопись — в портреты, где легкая игра светлых пятен, вьющиеся линии создают впечатление только что отзвучавшей мелодии; в пейзажи — с их ритмической перекличкой.

    «Лес Корнар» («Лес Гейнсборо»), написанный в 1748 г., — итог раннего творчества художника. Текущая под облачным небом меж могучими деревьями извилистая дорога пронизана серебристым светом. Крестьяне на дороге уже не просто маленькие фигурки, но часть природы, достойная художественного изображения. В пейзажах, созданных в Ипсуиче, серебристые тона уступают место более теплым — красноватым, оранжевым. Рисунок становится обобщенным, уже не отличишь дуб от вяза, не узнаешь куст или цветок. Гейнсборо постепенно отказывается от реальных наблюдений в природе и варьирует по собственному усмотрению самые разнообразные мотивы, воспоминания о родных местах. В портретах он пытается передать мгновенное, непосредственное впечатление от модели, невзирая на ее «общественное положение»; его интересует обычный повседневный облик человека.
     
     
    Т. Гейнсборо.  "Лес Корнар". 1748 г.

    В 1759 г. художник оставил Ипсуич и переехал в модный курортный городок Ват, о котором мы знаем из произведений Чарлза Диккенса, — там с октября по апрель собиралось высшее общество, к услугам которого были минеральные воды, бассейны, развлечения. В Бате соперников у Гейнсборо не оказалось, и первый же написанный им большой портрет Анны Форд, музыкантши-любительницы, мечтавшей о профессиональной карьере, привлек всеобщее внимание. Любовь художника к музыке продиктовала композицию портрета — очертания женской фигуры повторяют форму цитры, лежащей на коленях Анны, и выступающей из полутени виолы. Образ оказался таким живым, что современники называли его «великолепной обманкой», и таким смелым, что воспитанные дамы считали его неприличным.

    Это слово — «неприлично!» — Гейнсборо приходилось слышать не раз, и часто подводила его... любовь к животным. Говорили, что в портрете виконта Лигонье художник уделил гораздо больше внимания коню, нежели его хозяину, а написанный в дар Королевскому обществу Эдинбурга портрет герцога Бакли в обнимку с любимой собачкой вообще был с негодованием отвергнут.

    С 1759 г. начались ежегодные общедоступные выставки в лондонском Художественном обществе, и Гейнсборо регулярно посылает на них свои работы, резко выделявшиеся на общем фоне. В ту пору господствовали два типа пейзажей — героико-исторический, который развивали знаменитые французские живописцы Никола Пуссен и Клод Лоррен, и прозаическая топографическая видопись, столь милая сердцам владельцев английских поместий. Гейнсборо же показывал естественную жизнь природы и жизнь человека в природе. Его пейзажи строятся на криволинейных очертаниях, образующих водоворот, движение развертывается по спирали, втягивая взгляд зрителя. Бесконечно разнообразны световые эффекты, передающие самое разное время суток; художник увлечен ночными пейзажами, пробует работать при искусственном освещении. Музыкальность его композиций помогает отойти от непосредственной передачи натуры и заняться ее ритмическим преобразованием. Уравновешенность и спокойствие сменяются мощным движением.

    На редкость необычным был творческий метод Гейнсборо. Не делая эскизов, он начинал работать сразу на холсте в затененной мастерской, постепенно впуская все больше света, чтоб выхватить детали, но никогда не прибегал к мелочной отделке. По словам его главного соперника, первого президента Академии художеств, сэра Джошуа Рейнолдса. вблизи живопись Гейнсборо выглядела настоящим хаосом, а на расстоянии все как по волшебству вставало на свои места и обретало форму. Внешне незавершенные картины заставляли зрителя думать и фантазировать, участвуя в творческом процессе.

    Гейнсборо охотно шел на всевозможные технические эксперименты. В Лондоне в 1781 г. состоялось несколько сеансов своеобразного волшебного фонаря, с помощью которого на подсвеченном экране демонстрировались в сопровождении музыки разнообразные виды — то, что сегодня называется слайдами. Очарованный этой забавой, Гейнсборо построил собственный аппарат и расписал десятки стеклянных пластинок — лунный пейзаж с хижиной, цыгане у костра... По словам друга Гейнсборо, знаменитого актера Гаррика, его голова была «так набита всякими талантами, что всегда существует опасность, что она взорвется, как перегретый паровой котел».

    Писал Гейнсборо чуть ли не двухметровыми кистями, стараясь находиться на одинаковом расстоянии от модели и от холста; клал тени привязанным к палочке кусочком губки, а пробелы прорабатывал обломком белил, зажатым сахарными щипчиками; краски разводил очень жидко. Его портреты часто кажутся чрезмерно яркими, но надо помнить, что дамы в XVIII в. не мыслили себя без косметики, были модны очень красные губы, черные брови и ресницы, белила, румяна, сильно напудренные волосы.

     «В портретной живописи, — писал Гейнсборо, — нужно разнообразие быстрых и неожиданных эффектов — таких, чтобы сердце взыграло... нужны блеск и отделка, чтобы выявилась внутренняя жизнь личности».
    Как необычно проявилась эта внутренняя жизнь в работах Гейнсборо начала 1770-х гг. Пышный парадный свадебный портрет 17-летней Мэри Грэм — выступающая из грозовой темноты серебристая фигурка, пепельно-серые и приглушенные золотистые тона. Образ и атмосфера портрета вызывали почти суеверные чувства — миссис Грэм умерла молодой, горячо любивший ее муж был не в силах смотреть на изображение. Картину упаковали и спрятали почти на полвека. Джонатан Баттл (этот портрет еще называют «Голубой мальчик») стоит в небесно-синем костюме на коричневато-сером фоне листвы и заката — какая значительность и сила в этом изысканном образе!

    Тем временем Гейнсборо приглашают стать одним из 36 членов-основателей Королевской Академии, и в 1774 г. он переезжает в Лондон, где ему поневоле приходится вступить в состязание с Рейнолдсом.

    Редкостное для XVIII в. проникновение в духовный мир мы видим в портретах: герцогини де Бофор («Дама в голубом» — единственная картина Гейнсборо в нашей стране, в собрании Эрмитажа), словно сотканной из легких мазков, тающей и мерцающей в изысканной гармонии холодных тонов; королевы Шарлотты, некрасивой, но очаровывающей зрителя благодаря виртуозному письму (об этом полотне один из современников художника сказал: «Признак таланта — создание прекрасных вещей из невозможных сюжетов»); скользящей в танце Джованны Бачелли; знаменитой актрисы Сары Сиддонс и во многих других работах Гейнсборо, оставившего нам настоящую портретную галерею английского общества.
     
     
    Т. Гейнсборо. Дама в голубом (герцогиня де Бофор)
    Конец 1770-х
    Т. Гейнсборо.  Портрет Миссис Шеридан
    1783
    Скажем еще об одном шедевре художника — портрете миссис Шеридан, жены прославленного драматурга, написанном в 1783 г. Она сидит на скамье под деревом, чуть ли не растворяясь в пейзаже. Трудно понять, где пряди ее волос, ленты шарфа, а где волнующаяся под ветром листва. Прекрасное задумчивое лицо вечно будет сиять в мягком сумеречном свете дня.

    Громкая слава пришла к Гейнсборо незадолго до смерти, и в некрологах его назвали «певцом природы», чего художник добивался всю жизнь. В середине XVIII в. Томас Гейнсборо проторил дорогу не только романтикам, но и импрессионистам, намного опередив свое время.
     
     
    Исторический лексикон : история в лицах и событиях : XVIII век : [Текст] / редсов.: Ю.С. Осипов (председ.) [и др.] – М.: Академкнига/Учебник, 2006. – С.153-158.
     
     
    Книги, посвященные жизни и творчеству Томаса Гейнсборо

    А.Е. Голованова. «Шедевры английской живописи» (серия «Энциклопедия мирового искусства»)
    В.В. Калмыкова. «История мировой живописи: В 24 т. — т. 16: Английская живопись XVII–XIX веков» (серия «История мировой живописи»)
    Е.Д. Федотова. «Век Просвещения. Диалог философии и искусства» (серия «Шедевры живописи»)
    А.Е. Голованова. «50. Самые знаменитые шедевры мирового портрета» (серия «50»)
    В.В. Калмыкова. «Шедевры мировой живописи» (серия «Энциклопедия мирового искусства»)
    50 великих художников мира (серия «История искусств», сост. А.Ю. Астахов)
    Н.В. Ермильченко и др. «Галерея знаменитых мастеров. Энциклопедия живописи для детей» (серия «Обо всем на свете»)
    А.Е. Голованова. «Самые знаменитые шедевры мировой живописи» (серия «Самые знаменитые»)
    Томас Гейнсборо. Портреты (серия «Альбом»)
    Томас Гейнсборо (серия «Альбом»)
     
     
     «Я возвращаюсь к несравненному Гейнсборо. Когда вы останавливаетесь, ну, допустим, перед портретом миссис Грехем, вы тотчас обращаете внимание не на декоративную колонну справа от вас и не на тяжелые ниспадающие складки ее атласного наряда. И тем более не отдаленные деревья за ее спиной привлекают ваш разгоряченный взор… Вы с незнакомой вам пронзительной тоской впиваетесь взглядом в ее лицо… да, да, с тоской и восхищением. Вас поражает ее гордая головка, припухлые губы, и царственность, и непохожесть на ваших подруг, и недоступность, ибо вы понимаете, что, глядящая мимо вас куда-то, в ей одной известные дали  и, повернув к вам свое лицо, она останется все той же, предназначенной иному миру, иной любви…»

    Булат Окуджава. «Путешествие дилетантов» 
     
     
     




    © 2006 - 2018 День за днем. Наука. Культура. Образование